Магомед победит войну! 10

Ноябрь 21, 2016


(Дневник чеченского воина)
Глава 10
После вечернего намаза в доме отца Магомеда собралось около десятка пожилых и молодых людей. Всем было интересно услышать о том, что происходит за пределами Чечни и, как люди там реагируют на эту войну. Я смотрел на них и думал: какая тяга к коллективному общению, они пришли, несмотря на очевидную опасность, чтобы услышать и обсудить новости. 

Я знал с прошлой поездки, как люди боятся собраться вместе в ночное время, да и дневное время тоже. Тогда, помню: когда мы с Магомедом, после наших приключений, вернулись домой, два или три человека из соседей зашли к нам, беспокойно озираясь на окна, и, прислушиваясь к каждому шороху на улице, посидели минут пять и ушли. Но сейчас, наблюдая за ними, я с удивлением заметил, что не вижу тех «масок» отрешенности на их лицах и того волнения в их поведении, которое наблюдал год назад. «В чем же дело? – задавал я себе вопрос, - Может быть, эти люди устали психологически и свыклись с такой жизнью и уже ни на что не реагируют?» Но их живой интерес к новостям и к тому, что происходит в Чечне, исключало это. Мне показалось, что люди перестали бояться, и у них появилась какая-то внутренняя уверенность в себе.
Мне вспомнился рассказ одного узника «Чернокозово»: «Меня били, унижали до такой степени, что уже был готов психологически признаться себе в том, что я - неполноценный человек и то, что со мной происходит - закономерность. Однажды меня вывели из камеры, избивая дубинкой, как обычно, повели по коридору в комнату пыток. Я шел послушно, подчиняясь ударам, как животное. На пороге этой страшной комнаты я вдруг развернулся и бросился на сопровождающего меня палача кулаками. На его лице я увидел страх, и он дико заорал, зазывая на помощь других палачей. Я, избивая, старался схватить его за горло, но он вырвался из моих рук и побежал навстречу спешащим ему на помощь палачам, а я за ним.
Когда я пришел в сознание, лежа на полу камеры, я вспомнил это и громко расхохотался. Мои сокамерники были уверены, что я схожу с ума. Я, полуживой, который не мог пошевелить руками и ногами, с телом, на котором не было живого места, хохотал оттого, что понял, что я - сильнее моих палачей! С тех пор, хоть рви они меня на куски, я чувствовал свое моральное превосходство над их трусливыми душонками. Это чувство и давало мне силы выстоять». 
Мне кажется, что подобное произошло и с психикой этих людей. Как говорил Магомед, здесь с ночными «визитерами» происходили кровопролитные столкновения, после чего «эскадроны смерти» обходят это село. Эти люди, увидев трупы ночных «визитеров» почувствовали, что они могут противостоять врагу, объединившись. Что у них есть защита. Безусловно, это заслуга Магомеда. Несмотря на свою мальчишеский возраст, он сумел вселить людям уверенность. Я посмотрел на Магомеда. Он скромно сидел на низком стуле у дверей и внимательно слушал разговор старших. 
Немного поговорив о жизни за рубежом, разговор перешел на внутричеченскую тему. Я не услышал от них ни одно слово о так называемом мировом сообществе. Раньше можно было встретить таких наивных людей, уверенных в том, что мировое сообщество не имеет права не реагировать на геноцид народа. Сегодня их нет, разве что обезумевшие от горя женщины, ищущие своих исчезнувших после похищения российскими бандами детей. Упоминание о демократических странах и институтах защиты прав человека, в том числе и
ООН, у чеченцев вызывает снисходительную усмешку. Они, как бы, сочувствуют им, уверенные в их бессилии, и, считая их, слабее себя. Такую тенденцию я заметил тогда, год назад, разговаривая с Магомедом, но сейчас это стало национальным мнением. 
Наших политиков за рубежом они откровенно жалеют, считают их наивными людьми. К своему удивлению, я узнал, что многие знакомы с «обусловленной независимостью» предложенной министерством иностранных дел ЧРИ. Это наши бойцы распространили ее, после одобрения Президентом Асланом Масхадовым. Редко, кто возражает против этого предложения, но сомневаются в воле Европы. «Если бы программу поддержала Америка, - говорят они, - то это стало бы реальностью. Надежды на Европу и ООН нет, они, бедные, сами нуждаются в нашей помощи». «Такое снисходительно-унизительное сочувствие людей, находящихся в тяжелейших условиях, истинная оценка мировому сообществу в лице ООН», - думал я, слушая их разговор. 
Седобородый старик, который вернулся, чтобы услышать о жизни за рубежом, все спрашивал, не отрываясь от событий в Чечне. 
- Что говорят там о нашем «мулле» и других, которые бросились к «трону царя?» - спросил он. 
Я сказал, что все понимают, что они - марионетки и мало кто ими интересуется. 
- Похоже, умные люди там живут, - говорит старик, - вот меня они чуть не запутали. Думаю, что здесь потерял Малик? У него вроде бы все есть. Или Джабраилов? Я не верю, что они озабочены судьбой своего народа, а то не тянули бы нас обратно в Россию. Теряюсь в догадках, никак не могу понять их». 
Молодой человек начал ему объяснять, что они невольники, которым указано приехать сюда и, пользуясь ненавистью народа к «свинье-кафырову» и оккупантам, создать у людей иллюзии, что они своим участием в фарсе смогут изменить что-то. Это обман, чтобы привлечь людей к фарсу.
- Я вроде бы это понимаю, - говорит старик, - а куда они пойдут потом, после того, как нашкодят? Вот я слышу, как они говорят, каждый клянется «биться» до конца. Этот таракан-милиционер из Москвы распоясался до того, что говорит, мол, его только пуля остановит. Неужели они такие пустозвоны? Солидные ведь люди.
- По информации нашего штаба, - вмешался в разговор Магомед, - в Москве уже назначен «президентом» Ахмад- Хьакха. Остальные должны организовывать свои группы «избирателей» и имитировать борьбу с ним, чтобы создать видимость выборов. Малик Сайдулаев и Джабраилов агитируют наших бойцов, чтобы мы участвовали в их охранах и вооруженных группировках. Мы подозреваем, что это они готовят провокацию по указанию спецслужб, чтобы в случае провала фарса столкнуть их с бандой кафырова и объявить на весь мир о начале гражданской войны в Чечне. Тогда оккупанты в качестве миротворцев, не боясь последствий начнут убивать мирных людей, списывая их на нас. Мы предупредили их, если они пойдут на это, то мы найдем их, где бы, они не были.
- Вот проклятие! – говорит старик. – До чего люди забыли Бога! Сколько не живи в этом мире, не перестанешь удивляться подлости человеческой. Слава Аллаху, что мы все смертные и должны держать ответ перед Всевышним! Вот там нам всем укажут на свое место, и эти холуи безбожников будут гореть, синим пламенем, как факелы! Вот сегодня был я на похоронах в соседнем селе, где хоронили трех молодых людей. Родственники не хотят говорить правду об их смерти. Говорят, что погибли при автокатастрофе. Но потому, как приходят на траур люди в военной форме, понятно, что их убили наши воины, когда лезли с оккупантами в горы. Пришли какие-то чины русских оккупантов и пьяный дебил начинает говорить родственникам, что их сыновья отдали жизнь за Россию, и перечисляет, какие вознаграждения получат их родители: деньги, кресты. Бедные родители не очень-то понимают, что он говорит. Местный мулла юлой крутится вокруг оккупантов, улыбается, благодарит их за щедрость. Когда ушли оккупанты, мулла призвал всех к вниманию и говорит: 
- Вы только что видели, как русские добры к нам и нашим шахидам. Эти проклятые ваххабиты и другие враги нашей религии, убивают их и нас. Киши-Хьаьжа завещал нам жить в дружбе с русскими, не воевать против них. А сегодня его великий мюрид Ахьмад-Хьаьжа возглавил борьбу против врагов религии, и русские нам в этом помогают. Поэтому попросим Киши-Хьаьжа помочь ему и нам. Попросим его принять своих верных мюридов, погибших в джихаде! Он поднял руки для до1а, за ним последовали немногие. Кто-то делал вид, что исполняет ритуал, а кто-то, откровенно проигнорировав его призыв, просто отвернувшись. Постепенно тезет опустел. Остались только родственники, да и мы, несколько стариков. Брат одного из погибшего, крикнул уходящим людям с просьбой вернуться на минуту, и, обращаясь к мулле, сказал: 
- Прости за мою грубость, но ты ведешь себя как клоун. Не нужны мне твои митинги, это траур. Я прошу тебя не обслуживать наш тезет, я сам похороню своего брата. Неправда, что он погиб в джихаде, я его не смог остановить. Он погиб в горах, воюя против мусульман. Это вы его убили, я с вас возьму его кровь, а тем ее прощаю. Я буду просить Аллаха о прощении его грехов. Ты ученый старый человек, где ты читал, чтобы Киши-Хьаьжа завещал нам жить в дружбе с завоевателями? Вы обманываете людей! Он был мюридом Ташу-Хьаьжа, и сам воевал против русских завоевателей! КГБ и вы, продажные твари, приписали ему то, что он никогда не говорил. А скажи мне достопочтенный, если он так любил завоевателей и настраивал людей быть холуями оккупантов, тогда за что его выслали в Калугу? Его заморили голодом. Он писал письма своей жене с просьбой прислать деньги на питание. Если ты и вправду не знаешь об этом, то попроси у своих хозяев ФСБ разрешение покопаться в архивах НКВД во Владикавказе. Там хранятся его письма, которые к адресатам не попали. Вот тогда ты узнаешь, что он никуда не исчез, а умер голодной смертью, и его зарыли в землю. А сказки о его чудесном исчезновении придуманы НКВД, чтобы нагло придти к его мюридам, как сегодня и обманывать нас как идиотов, натравливая друг на друга. Как тебе не стыдно говорить о Кафырове, как о его мюриде?! Ты думаешь, что Кафыров не знает, как НКВД заморил голодом Киши-Хьаьжа? Твой Ахьмад-Хьакха – мюрид сатаны и можешь передать ему это от меня! Запомни, достопочтенный, если бы Киши-Хьаьжа был таким, как Ахьмад-Хьакха, то завоеватели назначили бы его «президентом», а не заморили бы голодом. А сейчас, я прошу тебя уйти. Потом он обратился к людям:
- Я знаю, что вы все хорошо знали моего брата. Мне нет необходимости о нем вам говорить. Он предстал перед Аллахом, и ответит за свои грехи. Я буду просить Аллаха о спасении его души, это мой кровный долг. Прошу вас сказать, если он кому-то был должен и не вернул долг, или незаслуженно кого-то обидел, я всегда готов возместить вам нанесенный им ущерб. Я вам бесконечно благодарен за то, что вы пришли и выразили соболезнование, ваш долг на этом закончен, а сейчас можете уйти. 
Никто, кроме муллы, не ушел. Лицо муллы было белее савана, он потерял дар речи. Люди понимали, какого мужества стоит этот разговор и какую опасность это ему представляет. Поэтому люди были благодарны ему за опасную, тяжелую, но откровенную правду. На лицах его родственников была тревога, но никто не посмел ему возразить даже старшие из родственников. Было, похоже, что они в глубине души были согласны с ним. После похорон, когда с кладбища разошлись люди, я подошел к брату погибшего и от души обнял его. Я спросил его, простит ли ему Кадыров за те слова? Он посмотрел на меня красными от бессонницы и слез глазами и сказал: 
- Не знаю как он, но я и тысячи, таких как я, потерявших братьев, с той и с этой стороны, этого ему никогда не простят. Это он должен бояться нас. Он же откровенно натравливает людей друг на друга. И муллы продажные, занимаются этим же. Если мы им позволим обманывать себя цитатами НКВД, якобы, высказанные устазами, то мы будем купаться в собственной крови. Этого и добивается Ахьмад-Хьакха. Чечня еще не видела такого алчного безбожника. Мы должны остановить этого оборотня. Иначе мы зайдем далеко. Я мюрид Киши-Хьаьжи, я с сегодняшнего дня буду мстить за него и за брата, оккупантам и Кафырову. Эту сатану кто-то должен остановить! Там же я слышал, что в Гудермесе, произошло, что-то подобное, муллу, говорят, выгнали с траура. Видимо, тоже митинговал. Вот так везде, сеют раздоры, добиваются разногласий на почве религии. 
Как-то волна шельмования вахабизма пошла на убыль, сейчас взялись за устазов. Мюридов Ташу-Хаджи откровенно игнорируют, называя его чуть ли не виновником убийства чеченцев во времена имама Шамиля. Даже оккупанты, говорят, взорвали его зиярт. При этом откровенно говорили, что он был бандитом, потому что воевал против России, мол, поклоняйтесь другим святым. Скоро начнут шельмовать и других. С беноевским тейпом, к которому, якобы, принадлежит Кадыров, ничего не вышло. Бенойцы не дали себя обмануть, их подавляющее большинство отвергло его. Планы русских провалились. Сейчас решили найти ему поддержку через продажных мулл. Объектами обмана назначены мюриды Киши-Хьаьжи, учитывая, что Кадыров называет себя, его «мюридом». Как сказал брат погибшего, он - мюрид сатаны. Но Киши-Хажинцы пока этого не понимают. Они пока не понимают, что восхваление Кунта-Хьаъжи Кафыровым, это спланированная провокация ФСБ для разъединения чеченцев. Они искренне верят, что он почитает их устаза. Я не могу понять, почему у нас так много идиотов. Столько лет мы воюем с Россией, и каждый раз нас обманывают на одном и том же. Пора бы и поумнеть! – заключил старик и потом спросил
Магомеда: 
- Я слышал, что ты распорядился вывесить плакат в центре села с изображением Ахьмад-Хьакхи. Никак не могу понять, для чего это.
- Когда, проходя мимо, ты видишь его портрет, что ты делаешь? – спрашивает у него
Магомед. 
- Плюю, проклинаю и ругаю его отборным матом! – смеется старик.
- Вот этого я и добиваюсь! – улыбается Магомед. – Но мало кто читает то, что мы туда вписали, каждый плюет и проклинает его и проходит мимо. Правда, мы нескольких партизан «поймали» восьми и девятилетних братьев, которые хотели сорвать плакат. Когда не дотянулись до плаката, старший посадил на свои плечи младшего брата и прилагал жуткие усилия, чтобы его поднять. За этим занятием мы их и застали. Хотели их припугнуть, но не на тех нарвались. Братья упорно клялись, что не оставят «свинью» на своем заборе. Тогда ребята объяснили им, для чего его вывесили. С тех пор братьев часто видно с ватагой ребят, плюющих и проклинающих «свинью» на плакате.
- Остаг1фуриллах1! – удивляется старик. – Кто мог догадаться?!
(продолжение следует)
Мусост АЛДАМОВ – независимый журналист, 2003 год

 

Нет комментариев на "Магомед победит войну! 10"

(необязательное поле)
(необязательное поле)
На сайте включена защитьа от спама, пожалуйста, ответе на вопрос для продолжения.
Запомнить персональную информацию?
Внимание: Все HTML-теги, за исключением <b> и <i> будут удалены из Вашего комментария. Вы можете делать ссылки URL-адреса или E-mail.